Витрина как с другой планеты: настоящие джинсы, шоколад в блестящей обёртке, техника, о которой соседи только слышали. А рядом — табличка, которую сегодня трудно себе представить в советском магазине: за обычные советские рубли сюда вход был закрыт. Купить что-то внутри можно было только за иностранную валюту или за специальные чеки — бумажки, которые сами по себе в свободном обращении не ходили. Это была «Берёзка» — сеть магазинов, ставшая для одних окном в другой мир, а для других — постоянным и обидным напоминанием, что даже в стране всеобщего равенства кто-то был чуть равнее.
Магазин, который вырос не на пустом месте
У «Берёзки» была предшественница — сеть «Торгсин» («Торговля с иностранцами»), работавшая в начале 1930-х годов. Тогда государству отчаянно требовалась валюта, и оно готово было продавать дефицитные товары за золото, серебро и иностранные деньги буквально любому, кто их принесёт, включая собственных граждан, сдававших фамильные ценности.
Сама сеть под именем «Берёзка» появилась заметно позже — в 1961 году. Поначалу это были «сертификатные» магазины. А с 1 января 1977 года систему сменили на чековую — с этого момента и закрепилось то, что многие вспоминают: рубли здесь не принимали, в ходу были чеки Внешпосылторга и Внешторгбанка.
Управляли сетью тоже не как обычным советским трестом: сначала магазины подчинялись «Главювелирторгу», затем — всесоюзному объединению «Внешпосылторг» Министерства внешней торговли СССР, а с 1979 года — республиканскому «Росвнешторгу» РСФСР. За вывеской с берёзкой стояла часть системы, через которую государство собирало с граждан валюту, минуя обычный оборот.
Кто мог купить, а кто мог только смотреть
Вход в «Берёзку» не был закрыт физически — зайти и посмотреть на витрины мог, по сути, кто угодно. А вот заплатить рублями было нельзя ни при каких обстоятельствах. Платить можно было двумя способами.
Первый — настоящей иностранной валютой. Так покупали иностранцы: туристы, командированные специалисты, дипломатический корпус.
Второй способ был устроен куда любопытнее и касался как раз советских граждан — тех немногих, кто по работе оказывался за границей и легально получал там валюту. Государство эту валюту у людей забирало, а взамен выдавало чеки Внешпосылторга — своего рода суррогатные деньги, которые можно было потратить только в «Берёзке». Такими чеками рассчитывались:
- дипломаты и другие сотрудники загранучреждений;
- советские специалисты, работавшие по контрактам за рубежом — инженеры, строители, преподаватели;
- моряки загранплавания, которые после рейса меняли остаток валюты на чеки.
По одной из версий, для моряков в портовых городах существовала ещё и отдельная сеть — «Альбатрос», работавшая по той же схеме: чужие деньги в обмен на дефицит. Логика везде была одна: доступ к дефициту получал не тот, кто больше заработал в рублях, а тот, кто однажды соприкоснулся с заграницей.
Что продавали за чеки и валюту
Ради этого, собственно, всё и затевалось: ассортимент «Берёзки» резко отличался от того, что можно было найти в обычном универмаге.
На полках стояли настоящие импортные джинсы, парфюмерия и косметика зарубежных марок, электроника и бытовая техника, качественная одежда и обувь. Отдельная линия — деликатесы: икра, дорогие консервы, кофе, шоколад, спиртное, которое в обычной торговле было либо дефицитом, либо не встречалось вовсе. В более крупных «Берёзках» продавали вещи посерьёзнее — мебель, меха, а по некоторым сведениям, можно было оформить и покупку автомобиля.
Парадокс был в том, что часть товаров производилась в самом СССР — например, та же икра — но продавалась за чеки и валюту, потому что так государству было выгоднее: продукт, поставленный на экспорт, оценивался в твёрдой валюте даже внутри страны. Для обычного покупателя это выглядело почти издевательски: витрина полна товаров, произведённых у него на родине, а купить их можно только через особый статус или счастливый билет — загранкомандировку.
Почему систему в итоге закрыли
К середине 1980-х «Берёзка» стала одним из самых наглядных символов социального неравенства в стране, которая официально это неравенство отрицала. На фоне разговоров о гласности и борьбе с привилегиями магазины для избранных смотрелись всё более неуместно.
В январе 1988 года правительство СССР объявило о ликвидации чековой системы торговли. Решение вписывалось в перестроечную кампанию «за социальную справедливость» и против кастовых привилегий, копившихся десятилетиями.
Объявление о закрытии спровоцировало не облегчение, а панику иного рода: у людей на руках оставались чеки, и они бросились как можно быстрее избавиться от них, пока те не превратились в бесполезные бумажки. В магазинах выстроились очереди, а в 1988–1989 годах, пока сеть перестраивалась, торговля какое-то время шла уже по безналичной схеме. Точку поставил 1991 год: объединения «Совинвалютторг» и «Внешпосылторг» упразднили, а оставшиеся магазины передали под управление Министерства внешнеэкономических связей СССР — вскоре не стало и самой страны, при которой всё это имело смысл.
«Берёзка» просуществовала не так уж долго по меркам советской истории, но оставила по себе долгую память — как символ того, что доступ к достатку в стране «общей собственности» иногда определялся не трудом и не должностью, а простым фактом: довелось тебе однажды пересечь границу или нет. Приходилось ли вам слышать семейные истории о чеках Внешпосылторга или заграничных покупках из «Берёзки» — и что из этого до сих пор хранится дома?