- В комиссионку вещи несли как от нужды, так и от избытка подарков
- Цену назначала специальная комиссия, а не продавщица или хозяин вещи
- Магазин был не заинтересован продавать быстро, ему выгодна высокая цена
- Если вещь не продавалась за месяц, цену снижали на десять-пятнадцать процентов
- В девяностые комиссионки изменились с появлением секонд-хендов из Европы
Помните этот особый запах? Смесь пыли, старой кожи, «Шипра» и почему-то чуть-чуть нафталина. Я стою у прилавка, уткнувшись носом в стекло, за которым на полках застыли хрустальные вазы, фотоаппараты «Зенит» и фарфоровые статуэтки. Продавщица, женщина с идеальной короной из лака, строго смотрит поверх очков: «Молодой человек, вы покупать будете или так смотреть?» А я и не знаю. Я просто залип, как и все пацаны во дворе, у витрины, где лежала мечта.
Комиссионка — это был не просто магазин. Это был портал в другой мир, где время текло иначе и где вещи имели свою судьбу. Сегодня я расскажу, как всё было устроено на самом деле, без мифов и легенд.
Кто сдавал и почему
Многие думают, что в комиссионку несли только «нужду» — мол, пришла беда, и понесли бабушкин сервиз. Но это лишь половина правды. Да, бывало и такое: сдавали, чтобы получить деньги на что-то важное — на кооперативную квартиру, на мотоцикл, на сапоги к зиме. Но очень часто вещи сдавали совсем по другой причине — от избытка.
Помните, как у нас во дворе говорили: «Достали уже эти подарки!» К 8 Марта и 23 февраля в каждой семье копились горы одеколонов, наборов «Гжель» и электрочайников, которые никто не включал. Выбрасывать жалко, дарить по кругу уже стыдно. Вот и несли в комиссионку. Это был такой советский рециклинг, только с деньгами.
Были и те, кто зарабатывал этим на жизнь. Спекулянты — но это слово мы произносили шёпотом. Они мотались по «фарцевочным» местам, выкупали дефицит, а потом сдавали в комиссионку уже по другой цене. Продавщицы знали таких в лицо, но молчали — им тоже было выгодно.
Как назначали цену
Вот это была целая наука. Цену назначала не продавщица, как многие думают, и не хозяин вещи. Существовала специальная комиссия, которая оценивала товар. Приносишь, скажем, хрустальную вазу. Её осматривают на свет, проверяют на сколы и трещины. Если вещь новая, с биркой — это одна цена. Если в руках уже была — совсем другая.
Помню, как мама собиралась сдавать папин костюм, который тот надел один раз на свадьбу друга. Она его отутюжила, вывела пятно, повесила на плечики. В комиссионке его покрутили, пощупали ткань и сказали: «Максимум, на что можем рассчитывать — это сорок процентов от вашей цены». Мама кивнула — куда деваться. Но забирать не стала, а выставила свою цену. Так и висел тот костюм в магазине целый месяц, пока не пришёл какой-то парень и не купил его на выпускной.
Почему вещи висели годами
У комиссионных магазинов был один секрет: они не были заинтересованы продавать быстро. Звучит странно, но это так. Магазин получал свой процент с каждой продажи, поэтому ему было выгодно, чтобы вещь продалась подороже. А вот сдатчик хотел получить свои деньги сразу. Отсюда и вечный конфликт.
Если вещь не продавалась за месяц, цену снижали на десять-пятнадцать процентов. Ещё через месяц — ещё на столько же. И так до тех пор, пока либо не находился покупатель, либо цена не становилась смешной. Тогда сдатчик забирал вещь обратно. А если не забирал — её могли уценить до минимума и продать «в убыток», лишь бы освободить место.
Я помню, как на нашей кухне висела стенная тарелка с оленями. Её сдала какая-то бабушка, которая уезжала к дочери в другой город. Тарелка была красивая, но цена на неё стояла — мама говорила, как за новый сервиз. Она провисела в комиссионке два года! Потом её уценили в три раза, и её купила соседка тётя Зина — как раз к новоселью.
Покупатели и охотники за удачей
Была особая каста людей — те, кто ходил по комиссионкам как на работу. Они знали, в какой день завозят «новое поступление», и стояли у дверей с утра. Это были не перекупщики в современном смысле, а скорее охотники за удачей. Они искали то, что можно перепродать дороже — на рынке или через знакомых.
Я сам таким был в юности. Помню, как нашёл в комиссионке на Варшавке старый кожаный фотоаппарат. Продавец не знал, что это за зверь, и поставил цену как на «мыльницу». Я купил его за копейки, а через неделю продал знакомому фотографу в три раза дороже. На вырученные деньги мы с друзьями тогда знатно посидели в кафе-мороженом.
Что стало с комиссионками
В девяностые комиссионки не исчезли — они просто изменились. Появились секонд-хенды, куда вещи привозили контейнерами из Европы. Советская комиссионка с её очередями, талонами и строгими продавщицами ушла в прошлое. Но не совсем.
Сейчас комиссионки переживают второе рождение — уже в виде онлайн-площадок. Но это совсем другая история, и в ней нет того самого запаха пыли и нафталина, нет той магии, когда за стеклом лежит чужое прошлое, которое может стать твоим.
А у вас в семье что-нибудь покупали или сдавали в комиссионку? Может, до сих пор на антресолях пылится что-то с той самой биркой с ценой, выведенной от руки? Расскажите в комментариях — очень интересно узнать, что хранят ваши шкафы.
Подпишитесь на «Было время» — вспоминаем, как жили, и находим в прошлом много интересного.
#ссср #бытссср #история #интересныефакты
Продолжение, новые материалы и обсуждение в комментариях — на нашем канале «Было время».
Читать на Дзене → Подписаться